Война и любовь

К 80-летию со дня начала Великой Отечественной войны


Когда Петр Михайлович и Клавдия Григорьевна Варлащенко в очередной раз смотрели по телевизору «Весну на Заречной улице», они переглядывались с нежностью. У них тоже так было…


Школа рабочей молодежи села Бичевая района им. Лазо. Она вела химию. Он сидел за партой. И не раз засыпал: работа на бензовозе требовала повышенного внимания, а потому изматывала.


– Я его не будила и не отчитывала. Как-то раз поймала себя на мысли: «Какой симпатичный парень!» – не скрывает Клавдия Григорьевна, прожившая с Петром Михайловичем 56 лет, дождавшаяся с ним внуков и правнуков.


В общем, горьких отношений учительницы и ученика вечерней школы – как в кинокартине – не было. А когда познакомились ближе, выяснилось, что у обоих отцы погибли в Великую Отечественную. Мама Клавдии в деревне на Брянщине поднимала четырех дочерей. Мама Петра в Екатеринославке района им. Лазо – четырех сыновей и трех дочерей. Все выросли работящими, получили образование.


На подводе в райцентр


Младшая сестренка Клавы родилась в январе 1941 года. В июне отца призвали на фронт. В октябре гитлеровцы были на Брянщине. Память сохранила утро, когда в избу ввалился фриц и скомандовал: «Матка, яйки, млеко, шпик!..»


С немецкой тщательностью были опустошены огород и сарай. Курам свернули головы, кабана застрелили, приступили к его разделке во дворе с азартом и шутками. Незнакомая речь пугала, желание погулять у ребятни напрочь отбило.

Сверстник Клавы, которая перешла во второй класс, пробовал убедить гитлеровцев не опустошать подчистую домашнее хозяйство, хоть что-то оставить. Он хватался ручонкой за галифе солдат, личико излучало надежду на милосердие. Настойчивость мальчишки вызвала ярость оккупантов – его сбросили в колодец.


Молоденькую учительницу отправили на подводе в райцентр. Что происходило там – пересказывалось с ужасом. Евреев расстреляли у рва, который без промедления был засыпан землей. Несколько дней из-под земли раздавались стоны.


Клавдия Григорьевна вспоминает, как помогала матери запасать щавель на зиму в бочках, как рвала для супа свежую крапиву. Оккупация продлилась до осени 1943 года. Перед отступлением гитлеровцы надумали спалить деревню. Ходили с факелами, поджигали крытые соломой дома.


Верный присяге


Красная армия выбивала противника с лесного массива на возвышенности у деревни. Клава с сестренками сидела в погребе, который мама выкопала за домом, к счастью, уцелевшим. Стрельба нагоняла страх, но любопытство брало верх. Клава приподнимала кры

шку погреба, чтобы увидеть наших. И вот они, миленькие… На бегу вынимают из голенищ саперные лопатки, быстренько роют окопчики, отвечают противнику автоматным огнем.


Радость освобождения омрачила гибель подруги Маруси.

Она тоже сидела в погребе, тоже видела наступавших красноармейцев. Не удержалась, вскочила на радостях, но почти сразу упала. Прямо в голову попала пуля…


Командование наступавшей части собрало деревенских: женщин, стариков, подростков. Просьба заключалась в том, чтобы они предали земле тела военнослужащих армии противника.



– Наших хоронили на деревенском кладбище, в братской могиле. Перед тем как опустить в могилу, раздевали до нижнего белья. И за это просили у них, неживых, прощения, – вспоминает Клавдия Григорьевна, и слезы катятся с ее глаз.

Похоже, обмундирования и обуви не хватало. Помогали и населению. Матери выдали шинель погибшего красноармейца. Из ткани этой шинели она пошила юбку, которую Клава надевала в школу.


Как самую дорогую реликвию Клавдия Григорьевна хранит письмо из военкомата, в котором сообщается, что ее отец Григорий Григорьевич Жмурко, верный воинской присяге, проявив мужество и героизм, был убит в бою 27 октября 1943 года.


Поезд идет на восток


Она поступила в педагогическое училище в 18 километрах от родной деревни. Жила в общежитии, в комнате на четверых. Готовили по очереди, на печке. Домой отправлялась на своих двоих: иных вариантов не существовало. Возвращалась с мешком за спиной, в котором были картошка, трехлитровая банка молока, испеченные мамой лепешки из той же картошки.

Но оккупация, недоедание, как и послевоенная голодуха, напоминали о себе обмороками.

И все же в числе лучших выпускниц ее направили в Москву, где формировался состав с молодыми специалистами. По комсомольским путевкам они уезжали на Дальний Восток.


– Ехали врачи, энергетики, строители. Вагоны были без матрасов и белья, с клопами и вшами. Но как играла гармошка, как мы плясали! – улыбается Клавдия Григорьевна.

В Хабаровск поезд прибыл ночью. Подзабытая примета 50-х годов – бесплатный хлеб в столовых. Брянские девчата перед отъездом в Переяславку подкрепились в столовой на улице Карла Маркса: намазывали хлеб горчицей и, смеясь над собой, ели.

Каким же вкусным был хлеб послевоенной поры!

В райцентре их ждали директора школ. В Полетное, Георгиевку, другие поселения они уезжали учителями начальных классов. Директору школы села Бичевая Николаю Ивановичу Педченко нужна была пионервожатая. «Вот эту девочку нам!..» – сказал он как отрезал, посмотрев на Клавдию.


– В общежитие леспромхоза к вальщикам и сучкорубам он меня отправлять не стал, а поселил у себя дома. Два года я жила в семье директора. Его жена работала в интернате. Там делали уроки, питались, ночевали ребята, приезжавшие из отдаленных поселков, чтобы получить среднее образование, – рассказывает Клавдия Григорьевна.

Долми, Южный, Солонцовый, Катэн, Ударный – это названия лесопунктов, входивших в Хорский леспромхоз, пожалуй, самый крупный в Хабаровском крае.


На пришкольном участке


После трех лет работы пионервожатой произошло то, о чем мечталось: она приняла первый класс. Причем сопровождала его как классный руководитель вплоть до выпуска. Поступив на заочное отделение Хабаровского педагогического института, она начала вести биологию и химию. В том числе в школе рабочей молодежи.


Учительница вышла замуж за своего ученика. У них родилась дочь. Супруг тоже стал заочником, из водителей его выдвинули в механики.



На средства Минлеспрома СССР была построена трехэтажная кирпичная школа на полторы тысячи учеников. В новое здание педагогический коллектив вошел с кабинетной системой. Стараниями Клавдии Григорьевны в кабинете биологии появились гербарии, другие наглядные пособия.


С ранней весны до глубокой осени вместе с учениками она занималась пришкольным участком. На гектаре земли уместились дендрарий с деревьями и кустарниками, картофельное поле, овощные грядки, ягодный сад.


Почетной грамотой Министерства лесного хозяйства РСФСР Клавдия Григорьевна была отмечена за работу школьного лесничества. Его воспитанники побеждали на республиканских смотрах знаний и навыков.


Летели года, дочь окончила медицинский институт, обзавелась семьей.

В 2011 году Петр Михайлович и Клавдия Григорьевна перебрались в Хабаровск: по ходатайству руководства района им. Лазо им была предоставлена квартира в краевом доме ветеранов на улице Серышева.


Черно-белое фото


Последние годы она живет одна: муж скончался от инсульта. Ее навещают дочь и зять, внуки, давно ставшие самостоятельными, правнуки… Она не забыта, участвует в общественной жизни дома ветеранов.


Неожиданностью стала поздравительная открытка ко Дню учителя, полученная по хабаровскому адресу.

В нее была вклеена фотография 2-го класса 1958 года. Нашлось место и для стихотворных строк: «У порога школы Вы встречали, / На урок вели впервые в класс. / Терпеливо все нам объясняли, / Согревали светом добрых глаз. / Первая учительница в жизни, / В сердце Вы останетесь всегда. / Радости, удачи, оптимизма, / Счастья Вам на долгие года!»


– Вот они – те второклассники, но уже выпускники, – показывает снимок в своем альбоме Клавдия Григорьева. – Кто из них прислал открытку?..


Белые фартуки девчат, выходные костюмы парней. Лица серьезные. На заднем плане бревенчатый фасад старого школьного здания… Пожалуй, не так важно, кто из этих ребят поздравил первую учительницу. Главное, что память и доброта не потерялись на жизненном пути.


Михаил КАРПАЧ

Просмотров: 6

Недавние посты

Смотреть все